Хьюмидор Lubinski на 70 сигар со стеклом, Черный лак
О товаре
В генеалогии чернолаковых объектов Lubinski, где шкаф был бездонным архивом, эта модель на 70 сигар со стеклом — его публичный, театральный двойник. Это не вместилище, вынесенное за скобки восприятия, а активный визуальный агрессор. Его философия — не в анонимности, а в тотальном, холодном самопредъявлении. Четыре килограмма лакированной массы — это не вес древесины, а гравитационная сила совершенной поверхности, стягивающая к себе пространство и внимание.
Феноменология объекта: Зеркальная сцена
Чёрный глянцевый лак здесь выполняет функцию не отделки, а активного экрана. Он не поглощает свет, как матовые поверхности, а дробит и переотражает его, превращая каждый блик в событие, каждое отражение — в мимолётный спектакль. Этот хьюмидор существует в постоянном диалоге с окружением, но диалоге одностороннем и искажающем. Комната, светильник, ваза, сам наблюдатель — всё становится частью его декора, растянутого по кривым граням.
Стеклянная вставка на этом фоне — не окно, а брешь в зеркале. Это единственное место, где взгляд может остановиться, не будучи отброшенным обратно в виде искажённого отражения. Оно создаёт драматический контраст: снаружи — холодный, безличный мир отражений, внутри — тёплый, упорядоченный, живой мир кедра и покоя. Это иллюминатор в другой вселенной, прорубленный в зеркальной стене нашей.
Металлические вставки — это пунктирная линия, очерчивающая идею. На фоне тотального зеркала любой иной материал выглядит архитектурным элементом. Полированный или матовый металл (вероятно, сталь или алюминий) выполняет роль каркаса, визуальной арматуры, которая не даёт зеркальному потоку растечься в бесформенность. Это намёк на структуру, на расчёт, скрытый за видимым хаосом отражений.
Диалектика восприятия: Объект как интерфейс
Этот хьюмидор не предназначен для того, чтобы его забывали. Он требует взаимодействия, даже если это взаимодействие — лишь созерцание собственного искажённого отражения в его боках. Он для того, кто понимает, что в современном мире предмет роскоши должен быть не просто пассивно прекрасным, но визуально активным, создающим вокруг себя поле искажённой реальности.
Для кого создан этот «панцирь из отражений»?
Для владельца интерьера в стиле ар-деко или хай-тек, где глянец, металл и игра отражений являются основным языком, а этот объект станет его грамматически безупречным высказыванием.
Для коллекционера-перформансиста, для которого демонстрация коллекции — часть её ценности, а витрина должна быть столь же эффектной, сколь и функциональной.
Для эстета, пресыщенного теплотой натурального дерева и ищущего очищения в ледяной, синтетической, но безупречной красоте лака и металла.
Для того, кто видит в хьюмидоре не реликварий, а скульптуру, предмет искусства, который сначала поражает формой, и лишь затем раскрывает свою утилитарную суть.
Ключевые категории:
Происхождение: Lubinski (Италия). Традиция, разбитая на осколки в зеркальной поверхности.
Емкость: 70 сигар — оптимальный объём для эффектной витрины. Достаточно, чтобы впечатлить, но не настолько, чтобы превратиться в склад.
Материальная догма: Чёрный глянец + металл — союз искусственного совершенства. Это древесина, преодолевшая себя, ставшая носителем чистой визуальной информации.
Концепт: Хранение как рефлексия. Этот хьюмидор Lubinski предлагает не спрятать коллекцию, а выставить её в рамках самого радикального возможного фона — фона, который является одновременно и границей, и продолжением мира вокруг. Он — не сосуд. Это интерфейс между приватным ритуалом созревания и публичным театром отражений, где вы одновременно и зритель, и режиссёр, и часть декораций.
Размер
36,3x28,2x14; 32х22х12 см; вес 4 кг
Феноменология объекта: Зеркальная сцена
Чёрный глянцевый лак здесь выполняет функцию не отделки, а активного экрана. Он не поглощает свет, как матовые поверхности, а дробит и переотражает его, превращая каждый блик в событие, каждое отражение — в мимолётный спектакль. Этот хьюмидор существует в постоянном диалоге с окружением, но диалоге одностороннем и искажающем. Комната, светильник, ваза, сам наблюдатель — всё становится частью его декора, растянутого по кривым граням.
Стеклянная вставка на этом фоне — не окно, а брешь в зеркале. Это единственное место, где взгляд может остановиться, не будучи отброшенным обратно в виде искажённого отражения. Оно создаёт драматический контраст: снаружи — холодный, безличный мир отражений, внутри — тёплый, упорядоченный, живой мир кедра и покоя. Это иллюминатор в другой вселенной, прорубленный в зеркальной стене нашей.
Металлические вставки — это пунктирная линия, очерчивающая идею. На фоне тотального зеркала любой иной материал выглядит архитектурным элементом. Полированный или матовый металл (вероятно, сталь или алюминий) выполняет роль каркаса, визуальной арматуры, которая не даёт зеркальному потоку растечься в бесформенность. Это намёк на структуру, на расчёт, скрытый за видимым хаосом отражений.
Диалектика восприятия: Объект как интерфейс
Этот хьюмидор не предназначен для того, чтобы его забывали. Он требует взаимодействия, даже если это взаимодействие — лишь созерцание собственного искажённого отражения в его боках. Он для того, кто понимает, что в современном мире предмет роскоши должен быть не просто пассивно прекрасным, но визуально активным, создающим вокруг себя поле искажённой реальности.
Для кого создан этот «панцирь из отражений»?
Для владельца интерьера в стиле ар-деко или хай-тек, где глянец, металл и игра отражений являются основным языком, а этот объект станет его грамматически безупречным высказыванием.
Для коллекционера-перформансиста, для которого демонстрация коллекции — часть её ценности, а витрина должна быть столь же эффектной, сколь и функциональной.
Для эстета, пресыщенного теплотой натурального дерева и ищущего очищения в ледяной, синтетической, но безупречной красоте лака и металла.
Для того, кто видит в хьюмидоре не реликварий, а скульптуру, предмет искусства, который сначала поражает формой, и лишь затем раскрывает свою утилитарную суть.
Ключевые категории:
Происхождение: Lubinski (Италия). Традиция, разбитая на осколки в зеркальной поверхности.
Емкость: 70 сигар — оптимальный объём для эффектной витрины. Достаточно, чтобы впечатлить, но не настолько, чтобы превратиться в склад.
Материальная догма: Чёрный глянец + металл — союз искусственного совершенства. Это древесина, преодолевшая себя, ставшая носителем чистой визуальной информации.
Концепт: Хранение как рефлексия. Этот хьюмидор Lubinski предлагает не спрятать коллекцию, а выставить её в рамках самого радикального возможного фона — фона, который является одновременно и границей, и продолжением мира вокруг. Он — не сосуд. Это интерфейс между приватным ритуалом созревания и публичным театром отражений, где вы одновременно и зритель, и режиссёр, и часть декораций.
Размер
36,3x28,2x14; 32х22х12 см; вес 4 кг